«Впереди немало планов и надежд»
Александр Лойко в должности директора музея «Замковый комплекс «Мир» почти 10 лет. Проживший большую часть жизни в Гродно, теперь он настоящий мирянин. В замковом комплексе знает каждый камень, а о подчиненных отзывается с такой теплотой, что позавидуешь. Человек однозначно на своем месте! Такое впечатление после трехчасового интервью с Александром Чеславовичем. Он настолько живет своей работой и гордится ею, что ответ на любой вопрос личного плана всегда плавно перетекал в плоскость настоящего и будущего легендарного замка.
— Александр Чеславович, с чего начнем?
— С констатации очевидного факта. Ни в одной стране мира не делается столько для сохранения культурного наследия, сколько в нашей. Я побывал во многих государствах и уверенно это заявляю. Как-то наш Президент сказал, что в его политике два ключевых слова — созидать и сохранять. Так вот, белорусы заняты одновременно созиданием и сохранением самобытной культуры, традиций и наследия предыдущих поколений.
— А вы привычны к физическому труду?
— Вполне себе. Мое детство и школьные годы прошли в Молодечно. И в 1981 году, когда не поступил в институт, я работал формовщиком на заводе железобетонных изделий. Изготавливал огромные плиты для аэродромного покрытия. Понятное дело, были подъемные краны, однако и физического труда хватало. Плюсы всего этого? «Накачался» здорово перед срочной службой в Советской армии. Да и зарплата была отличной. Триста рублей — вдвое больше, чем у отца, универсала-маляра с золотыми руками, и примерно в четыре раза больше, чем у мамы, учителя начальных классов. На Новый год мог купить практически любой приглянувшийся подарок.
— Новый год для вас — что-то особенное?
— В детстве, как и все мои сверстники, с нетерпением ждал подарка. Запах свежей хвои вперемешку с мандариновым, шоколадные конфеты, которыми на новогодние праздники можно было наесться вдоволь. По сути, с боем курантов и новыми цифрами на перекидном календаре ничего не меняется, но… Люди привыкли верить в чудо, и я в этом плане не исключение. Конечно же, загадываю желания и верю в доброго волшебника, который их исполнит. Хотя теперь они в большей степени касаются не меня, а детей и внуков.
— Что в 62 года поздно, а что — еще рано?
— Знаете, я хоть и считаю себя мужчиной в самом расцвете сил и лет, но… Поздно, по-видимому, планировать участие в Олимпийских играх. (Смеется.) А рано — заниматься подведением жизненных итогов. Еще впереди немало планов и надежд. Какие-то из них связаны с личной жизнью, какие-то — с дальнейшим развитием замка, о котором я порой думаю по 24 часа в сутки.
— Про Мирский замок существует множество легенд.
— Это правда. Самых известных — пять. О Белой деве, яблоневом саду, скелетах погибших воинов в подвалах, подземном ходе между Мирским и Несвижским замками и уникальном камне в форме бараньей головы в одной из стен нашего замка.
— Расскажите свою любимую.
— Мне нравится легенда о подземном ходе, который якобы напрямую соединяет Мирский и Несвижский замки. Говорят, он настолько большой, что по нему, будто по настоящей дороге, могла проехать карета, запряженная тройкой лошадей. Расстояние между Несвижем и Миром (на всякий случай) 32 километра.
— И…
— Ситуацию детально изучали археологи, но топографические работы, исследования современными приборами по поиску подземного хода не дали никаких результатов. Так что красивая легенда пока что так и остается легендой.
— Вы играете на десяти музыкальных инструментах. Любопытно, а какой был самый первый? Мне почему-то видится классический очкарик со скрипкой…
— Да, примерно так и было. Банальная, впрочем, история.
— Сверстники дразнили?
— Некоторые пытались… Но вскоре я пошел на бокс! В общество «Трудовые резервы». И отстали быстро. Бокс дал мне уверенность, умение постоять за себя, тем более в те годы часто дрались… Добавлю, что в боксе я стал перворазрядником. Чуть-чуть не хватило до выполнения норматива кандидата в мастера спорта СССР. Самое ценное в том, что этот вид спорта выработал у меня отличную реакцию, причем как на ринге, так и вне его. Это впоследствии мне пригодилось.
— Говорят, вы на танцах играли.
— Было дело. И музицировал на бас-гитаре.
— Всего четыре струны — можно и сачкануть при желании?
— Кстати, это очень распространенное заблуждение! На самом деле бас-гитара очень норовистая. Если на классической гитаре можно играть, выучив три-четыре основных, блатных, аккорда, то на бас-гитаре такое не прокатит. Много сложных партий, особенная техника, когда бьешь по струнам большим пальцем, а указательный либо средний используешь для «подцепа». При этом большая нагрузка ложится на запястье — у новичков всегда очень сильно болят мышцы.
— А какая еще веха из вашей биографии оставила след в душе и сердце?
— 19 лет — с 1988 по 2007 год — я отработал в Гродненском областном центре народного творчества. Начинал методистом, дорос до директора. Потом четыре года возглавлял управление культуры Гродненского облисполкома. Золотое было время! Я буквально впитывал и пропускал через себя самобытную белорусскую культуру. Именно тогда зарождался и развивался фестиваль национальных культур. Уникальнейший самобытный праздник — подобного больше нет нигде в мире! И я горжусь тем, что причастен к нему, вернее, имею самое непосредственное отношение. А если обобщать, то думаю, что главное для человека в том, чтобы найти себе профессию по душе, которая в итоге станет призванием на всю жизнь. У меня именно так.
— А самое главное для вас в глобальном смысле что?
— Сохранить мир на планете Земля. Смотрите, сколько сейчас региональных конфликтов — тлеющих и находящихся в активной фазе. Беларусь — небольшое государство, но мы востребованы как миротворцы, как платформа для реализации мирных инициатив. Практика это показала. Я сейчас живу в поселке Мир на улице Дружной — это добрый знак.
— Какими маленькими житейскими моментами, касающимися лично вас, можете похвастаться?
— Похудел на пять килограммов. Торжественно обещаю, что сброшу еще как минимум 10… Тяжело перенес в 2020 году ковид, поправился, некоторое время ходил с палочкой. Ничего, позанимался дыхательной гимнастикой, ушу… И ожил.
— Вы многодетный отец. Сложная роль?
— Непростая… Другое дело, что детки мои уже взрослые. Сейчас наслаждаюсь новой для себя ролью — счастливого дедушки. Верно все-таки говорят: первый внук — это последний ребенок! А у меня уже две внучки…
Старший сын Дмитрий с супругой Ольгой.
— Любопытно, а с кем вы в первую очередь советуетесь, когда не можете решить какую-то проблему?
— Если это не касается профессиональных рабочих вопросов, то с любимыми женой и тещей.
— Кстати, свою тещу вы зовете мамой или по имени-отчеству?
— Мамой! Причем с первого же дня.
С супругой Софией Казимировной.
— А сколько лет женаты?
— Уже 40 лет. София — это клад, декабристка, моя главная находка в жизни, это действительно моя половинка. Безгранично ее люблю и уважаю!
— Замковый комплекс «Мир» — наглядный пример успешного инвестирования государственных средств в историко-культурное наследие Беларуси. Верно?
— Абсолютно верно! Образно говоря, государство дало нам удочку, научило ловить рыбу и предложило дальше заниматься рыбалкой самостоятельно.
Старшая внучка Екатерина.
— Это у вас получается?
— Вполне. Наш музей «Замковый комплекс «Мир» — это не только туризм и научно-просветительская работа, но и успешный коммерческий проект. Судите сами: самоокупаемость составляет 76 процентов. В год бывает до 500 тысяч туристов.
— Но так было не всегда…
— Как бы громко и пафосно это ни прозвучало, но… Раньше здесь были руины — теперь гордость Беларуси! Отлично помню времена, когда были только обветшавшие стены с оконными проемами, а под ногами хрустела обвалившаяся штукатурка. Внутри замка гулял холодный ветер, счет туристов шел на сотни человек, а не на сотни тысяч, как сейчас! Теперь за один день как-то приехало семь тысяч туристов.
Младший сын Евгений с супругой Кристиной.
— Каковы ближайшие планы?
— 8 апреля 2027 года собираемся широко отпраздновать 500‑летний юбилей Мирского замка. 24 ноября открываем специальный проект «500 дней до 500‑летия замка». Это выставки, концерты, презентации, конференции с участием Академии наук. В планах много интересных идей и наработок, однако не хотелось бы преждевременно раскрывать все карты. Особо подчеркну: Мирский замок — это не законченный проект, это включенный в Список всемирного наследия ЮНЕСКО замковый комплекс, который находится в постоянном развитии.
— Знаю, что сейчас «в работе» итальянский парк.
— Да, уже вложено 2,5 миллиона рублей. К слову, это внебюджетные деньги. Доходы вкладываем в развитие, прекрасно понимая: коллеги не дремлют. Смотрите, ведь только в Гродненской области успешно работают Лидский замок, Старый и Новый замки в Гродно, а на подходе уже и Любчанский замок.
Дочь Александра.
— Еще Владимир Короткевич сказал: «Панямонне — краiна замкаў».
— Верно. Но, помимо конкуренции, необходим и союз. Думаю, вскоре организуем единую экскурсию «Замковое кольцо». Или что-то в этом роде. Язык нам дан, чтобы жить в согласии и договариваться.
— Интересно узнать, а на скольких языках в замке ведутся экскурсии?
— На шести. Можем и больше! К слову, есть и устройства для синхронного перевода.
— Слышал, что на выходные у вас прописался театр из Минска.
— Это уже добрая традиция. Бывает по 1000, а то и больше зрителей. Фишка в том, что артисты выходят из разных локаций — из башен, со стороны оркестрантов, с дороги, из-за озера. А по воскресеньям у нас с аншлагами выступает клуб «Шотландская пехота» из Молодечно. Толковые ребята! Что интересно, зрители могут принять участие в костюмированном представлении. Знаете главный музейный принцип? «Не трогайте руками, не дышите на шедевр!» (Смеется.) А здесь можно и к мушкету примеряться, и саблю подержать в руках, и орудие погладить.
Младшая внучка Елизавета.
— У вас коллектив из более чем ста человек…
— Если точнее — 134. Я часто повторяю: замок в Мире — это Беларусь в миниатюре, где 130 национальностей и народностей. У нас тоже десятки национальностей, и мы (простите за вынужденную тавтологию!) в Мире живем в мире. К примеру, у нас много православных и католиков, мусульман, есть иудеи…
— А вы, судя по отчеству Чеславович, католического вероисповедания?
— Нет, православного. У меня вообще в семье «все перемешано». Негласный семейный договор: мальчики становятся православными, а девочки — католичками. Для Гродненщины — это нормальный ход вещей.
— Вы депутат. Это ко многому обязывает?
— Это вдохновляет и даже окрыляет. Депутатство ведь не дается с должностью. Раз люди выбрали и в районный, и в областной Совет, значит, доверяют мне. К слову, делаю все от меня зависящее, чтобы помочь землякам в решении их проблем. И очень радуюсь, когда это получается.
— Любимый уголок из детства, который вы до сих пор трепетно храните в сердце?
— Деревня с характерным названием Пущики. Это Свислочский район, Беловежская пуща. Там я проводил лето у бабушки и дедушки. Чудесное место. Замечательные люди!
— Жизнь в СССР часто вспоминаете?
— Бывает. Знаете, Советский Союз порой называли «страна-читальня». И я искренне радуюсь, что и у нас все чаще замечаю людей в парках и в общественном транспорте с книгой в руках. И это не только представители старшего поколения — много молодежи.
— Любимый кинофильм?
— «Иван Васильевич меняет профессию», «Бриллиантовая рука», «Кавказская пленница», «Двенадцать стульев». Да все творчество Леонида Гайдая! Могу сыпать оттуда цитатами, а легендарные кинокомедии смотреть с любого места. Вот полвека и больше прошло с момента их выхода, а поднимаемые режиссером темы по-прежнему актуальны.
— Раз любите Гайдая, наверняка вам по душе и Ильф с Петровым.
— Есть такая буква! А вы проверьте.
— Конечно! Молодая была…
— …уже немолода.
— Телеграмма от Остапа Бендера подпольному миллионеру Александру Корейко: «Грузите…»
— …апельсины бочками. Братья Карамазовы.
— Любимый афоризм?
— Архитектура — это застывшая музыка. Мне как музыканту по одному из образований это крылатое высказывание особенно дорого.
— Исполнитель?
— Дмитрий Хворостовский. Для меня он однозначно номер один.
— Песня?
— Самой лучшей считаю «День Победы». Это такое попадание в десятку! Это песня на все времена и для всех поколений. В ней вся боль потерь и радость победы над коварным и жестоким врагом. А еще я очень люблю белорусские народные песни. Многие знаю наизусть. Они по-настоящему завораживают!
«Хорошая школа жизни»
О срочной службе в Советской армии
— Она мне многое дала. За два года вылепила из меня мужчину. Стал сильнее физически и морально, научился быть дисциплинированным и преодолевать себя, — говорит директор Мирского замка Александр Лойко. — Служил в Москве. Было много национальностей, кипел порой такой котел страстей, но всегда мы находили общий язык, дружили. Я до сих пор переписываюсь с некоторыми сослуживцами, хотя прошло уже 42 года после дембеля. Хорошая школа жизни!
«Чудесное, обласканное Богом место»
О городском поселке Мир Кореличского района
— Мир… Хоть он на первый взгляд и кажется провинцией, жизнь здесь в буквальном смысле этого слова кипит, — говорит Александр Лойко. — Вообще, это чудесное, обласканное Богом место. Если заглянуть в историю, то здесь никогда не было погромов. И сейчас Мир поэтапно развивается, и я очень рад, что одноименный замковый комплекс служит одним из основных драйверов этого всестороннего развития.
СБ
