Белорусская энергосистема за последнее время заметно преобразилась, а в ближайшие годы ожидается несколько знаковых событий не только для отрасли, но и для всей страны, в том числе ввод собственной атомной электростанции и формирование единого электроэнергетического рынка в ЕАЭС. О тарифах для населения и реального сектора экономики, перспективах экспорта электроэнергии и реформах в отрасли в интервью БЕЛТА рассказал министр энергетики Владимир Потупчик.
— Белорусской энергосистеме в нынешнем году исполняется 85 лет. За последнее время в ней проведена существенная модернизация, как вы оцениваете степень надежности энергосистемы страны?
— Беларусь получила в наследство от Советского Союза достаточно сбалансированную энергосистему. Важным этапом ее развития были 70-80-е годы, когда были созданы основные мощности, сетевое хозяйство, которое помогало решать первоочередную задачу — обеспечивать надежное электроснабжение потребителей, газифицировать значительную часть страны. Начальный постсоветский период был для энергосистемы сложным, сказывалось отсутствие инвестиций, и это привело к тому, что мы стали отставать в развитии энергокомплекса. Износ основных фондов в то время составлял более 65%, что по критериям экономической безопасности оценивается как критическая ситуация. В 2006 году было принято решение о модернизации белорусской энергосистемы. За это время мы реализовали две госпрограммы, благодаря которым удалось переломить негативные тенденции, значительно — до 40% — сократить износ основных фондов. Это очень хороший показатель. Введено около 2 тыс. МВт высокоэффективных генерирующих мощностей, среди знаковых проектов — Минская ТЭЦ-3, Минская ТЭЦ-5, Лукомльская и Березовская ГРЭС, Гродненская ТЭЦ-2. Сейчас установленная мощность электрогенерирующих источников республики составляет более 9,74 тыс. МВт.
Таким образом мы сделали значительный рывок в обновлении фондов. Однако это не было самоцелью, главная задача — повысить эффективность работы белорусской энергосистемы, и нам это удалось. Выполняя госпрограммы, мы сэкономили около $650 млн, а с 2014 года мы ежегодно экономим более $200 млн только за счет снижения топливной составляющей — в энергетике это самая значительная часть затрат — порядка 70%. Более чем из $200 млн сэкономленных средств около $50 млн направляется на обслуживание кредитных линий для энергокомплекса, остальные деньги идут на снижение тарифов для населения и реального сектора экономики.
— Как в таком случае будут меняться тарифы в ближайшем будущем?
— Сегодня при цене газа для белорусских энергетиков в 3 раза выше, чем для российских энергетиков, у нас тарифы для населения самые низкие в мире. На электроэнергию они такие же, как в России, а на тепло — в 7 раз ниже. Несмотря на разницу в цене на газ, мы обеспечиваем конкурентоспособные тарифы для реального сектора экономики по сравнению с тарифами в Западной Европе.
По нашим расчетам, чтобы сохранить предельно низкие тарифы для населения и обеспечить тарифы на одном уровне для реального сектора Беларуси и России, важно прийти к снижению цены на газ. При цене $117 за 1 тыс. куб.м (это практически в 2 раза выше, чем цена газа для энергетиков в России сегодня) мы сможем обеспечить для предприятий реального сектора экономики тарифы на уровне России, не повышая при этом тарифы для населения. В этой ситуации, я считаю, не будет смысла ставить вопрос о перекрестном субсидировании и уровне возмещения населением затрат. И это станет возможным в том числе благодаря уже проведенной модернизации белорусской энергосистемы.
— Какие стратегические задачи у Минэнерго сейчас?
— Основные усилия будем направлять на развитие сетевого хозяйства. Это позволит повышать надежность энергосистемы. Вторая стратегическая задача — это важнейший национальный проект, Белорусская АЭС. Сейчас нужно решать вопрос ее интеграции в энергосистему, и над этим уже идет работа. Нужны экономические предпосылки, чтобы уровень электропотребления в стране начал расти более высокими темпами, чем сегодня, т.е. необходимо, чтобы электроэнергию было выгодно использовать и в быту, и на производстве. Мы сейчас прорабатываем варианты, как решить эти задачи.
Сегодня энергетика может стать драйвером роста для белорусской экономики. Негативные тенденции, связанные с колебаниями курсов белорусского и российского рубля, преодолеть удалось, к тому же начала восстанавливаться платежеспособность белорусских субъектов хозяйствования в плане расчетов за энергоресурсы. В апреле впервые за последнее время субъекты хозяйствования рассчитались за потребленные электро- и теплоэнергию, газ. Это очень важно, потому что когда дисциплина платежей предприятий упала, мы вынуждены были серьезно сокращать затраты, финансируя только приоритетные направления — инвестпроекты, подготовку к зимнему сезону. Сейчас ситуация исправляется, поэтому на ближайшее будущее энергетики можно смотреть с оптимизмом.
— Этот оптимизм связан и с перспективами отрасли после запуска АЭС?
— Беларусь строит самую безопасную атомную станцию. Когда выбирали проект, вопросам безопасности уделялось самое пристальное внимание. Сегодня это проект поколения «три плюс», в котором учтены все требования МАГАТЭ к подобного рода объектам. Мы очень серьезно отнеслись к каждому этапу, связанному со строительством АЭС, в том числе к вопросам выбора площадки, с подготовкой инфраструктуры, нормативной базы, кадров, организации строительного процесса. И стоит отметить, что международные организации в сфере атомной энергетики позитивно оценивают опыт белорусской стороны в реализации проекта АЭС.
Беларусь абсолютно открыта для международного сообщества, но мы против различного рода спекуляций. Мы приглашаем коллег на площадку, чтобы каждый мог своими глазами увидеть ход реализации этого проекта, не скрываем ничего от общественности, в том числе от литовской. Мы своевременно выходим с соответствующими инициативами в адрес литовского правительства для проведения консультаций на любом уровне.
Если кому-то нужно убедиться, что на площадке все именно так, как заявляет белорусская сторона, то мы готовы приглашать экспертов. И именно экспертные заключения должны ложиться в основу любых заявлений. Еще раз повторю — мы открыты и готовы к контакту.
Сегодня сооружение обоих энергоблоков Белорусской АЭС идет по графику строительства, предусмотренному генеральным контрактом. Сейчас на возведении станции в Островце работают около 5 тыс. строителей. В этот году по контракту планируется освоить 15,7 млрд российских рублей, что в 1,4 раза больше, чем в 2015 году. Намечены ключевые события по сооружению первого энергоблока: начало монтажа корпуса ядерного реактора, турбины, парогенераторов, электротехнического оборудования, сварки главного циркуляционного трубопровода. На втором энергоблоке будут продолжены работы по строительству зданий и сооружений. Основное оборудование для строительства АЭС планируется поставить в 2016-2017 годах.
— С учетом ввода АЭС и увеличением выработки энергии возникает вопрос экспорта.
— Да, эта задача актуальна. Но, чтобы наладить экспорт, надо предложить приемлемые для потребителя цену и качество. Что касается цены, то мы должны быть конкурентоспособны на общем электроэнергетическом рынке ЕАЭС. Если у нас и наших партнеров будут равные условия, то открываются огромнейшие перспективы по поставкам электроэнергии на внешние рынки. Стоит отметить, что мы в этом плане более конкурентоспособны, чем все наши партнеры по союзу. Беларусь за последние годы значительно сократила затраты топлива на выработку 1 кВт.ч электроэнергии, достигнув показателя 235,5 г условного топлива, что гораздо ниже, чем в энергосистемах соседних стран.
Сейчас электроэнергия экспортируется в страны Балтии по правилам энергобиржи Nord Pool по контракту с компанией — резидентом Литвы, а также по договорам с системными операторами Литвы, Латвии и Эстонии при оказании аварийной помощи.
С вводом АЭС экспортный потенциал Беларуси, несомненно, возрастет. Однако возможность экспорта — это вопрос как минимум двусторонних отношений, который зависит от экономических и политических планов наших потенциальных партнеров. В Балтийском регионе были заявления о перспективе присоединения к европейскому энергообъединению ENTSO-E и, соответственно, отключению синхронных связей между энергосистемами Литвы и Беларуси, что исключит возможность экспорта в данном направлении.
Помимо связей с энергосистемой Литвы есть межгосударственные линии связи с энергосистемами России и Украины. Сейчас технически возможна передача мощности в энергосистему России порядка 1100 МВт, в энергосистему Украины — порядка 900 МВт.
— Удастся ли к намеченному сроку — 2018 году — отказаться от импорта электроэнергии?
— Внедрение новых высокоэффективных мощностей уже позволило сократить импорт электроэнергии с 7,9 млрд кВт.ч в 2012 году до 2,8 млрд кВт.ч в 2015 году. Как правило, мы импортируем электроэнергию во время ремонтной кампании на основном генерирующем оборудовании.
Вместе с тем, энергосистема может покупать электроэнергию за пределами страны исходя из экономической целесообразности. Подчеркну, что отказ от импорта — это не самоцель. Электроэнергетика, как любая отрасль промышленности, работает с учетом экономической эффективности.
В ЕАЭС формируется общий электроэнергетический рынок государств — членов союза, и перспективы импорта электроэнергии в Беларусь будут определяться главным образом конъюнктурой цен на внешних рынках электроэнергии.
— На каком этапе сейчас работа по созданию в ЕАЭС общего электроэнергетического рынка?
— Мы заявили особую позицию по этому вопросу и будем ее придерживаться: мы исходим из того, что общего энергетического рынка не может быть без общего рынка газа. Сегодня наши конкурентные преимущества могут дать соответствующий эффект при одном условии — если базовые цены на газ у нас и наших партнеров будут близки. Мы не претендуем, чтобы у нас были одинаковые цены с Россией, но принцип равнодоходности должен действовать, поэтому мы будем настаивать на тех предложениях, которые белорусская сторона сформулировала для создания общего электроэнергетического рынка.
— Для работы на едином энергорынке Беларуси нужно будет совершенствовать правовую базу. Какие новшества появятся в новом законе «Об электроэнергетике»?
— Новый закон «Об электроэнергетике» нужен, чтобы в первую очередь регламентировать отношения внутри страны с учетом ежегодно прирастающих электрогенерирующих мощностей национальных производителей. Одновременно нормы закона позволят обеспечить и сопряжение внутреннего оптового электроэнергетического рынка и общего электроэнергетического рынка ЕАЭС.
Концепция закона внесена в правительство. Документ важно принять до 2019 года, когда появится общий электроэнергетический рынок ЕАЭС, и сформировать необходимые структуры, которые будут соответствовать этому новому рынку. Мы идем по пути, по которому шли все цивилизованные страны, наша задача — разделить производство электроэнергии на конкурентные и монопольные виды деятельности, сделать прозрачным формирование затрат по каждому виду деятельности: производству, передаче, распределению и сбыту электроэнергии. Законом мы должны создать единые понятные правила игры для всех субъектов хозяйствования независимо от формы собственности.
— Означает ли это реформу управления электроэнергетической отраслью?
— Система управления будет совершенствоваться, и многие моменты будут отражены как раз в законе «Об электроэнергетике». Министерство энергетики и ГПО «Белэнерго» проанализировали опыт реформирования других энергосистем, в первую очередь государств постсоветского пространства, входящих в ЕАЭС, и выработали алгоритм совершенствования системы управления электроэнергетической отраслью с помощью поэтапного преобразования «Белэнерго».
С учетом положений договора о ЕАЭС в части формирования общего электроэнергетического рынка реструктуризацию предстоит провести до 1 июля 2019 года. Вместе с тем организационные изменения должны идти в соответствующем правовом поле, поэтому разработка закона «Об электроэнергетике» сейчас становится одной из главных задач.
