9 декабря Генеральная Ассамблея ООН приняла Конвенцию о предупреждении преступления геноцида и наказании за него.
Дата не случайна: именно 9 декабря 1948 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Конвенцию о предупреждении преступления геноцида и наказании за него. С тех пор мир ежегодно останавливается в минуте молчании, чтобы вспомнить тех, чьи жизни оборвались в пламени ненависти, и напомнить себе: геноцид – не дело прошлого. Это предупреждение всем нам.
Беларусь: земля, пропитанная болью
Во время Великой Отечественной войны наша страна потеряла каждого третьего жителя: из 9,2 миллиона человек довоенного населения погибли около 3 миллионов! Среди них ни в чем не повинные мирные жители разных национальностей, истребленные лишь за то, что оказались на пути фашистской нечисти. Адский огонь поглотил более 12 тысяч населенных пунктов, из них почти 300 повторили печальную судьбу Хатыни.
– По результатам расследования на сегодняшний день на территории Беларуси гитлеровцы организовали 578 лагерей смерти, провели 186 крупных карательных операций, – рассказывает Наталья Змитревич, старший прокурор отдела прокуратуры Гродненской области. – Не стала исключением и наша гродненская земля. Здесь на оккупированной территории действовали 92 места принудительного содержания гражданского населения (гетто, тюрьмы, лагеря смерти, детские лагеря смерти, лагеря для военнопленных и гражданского населения): 46 – ранее известных и 46 были установлены в рамках расследования уголовного дела о геноциде белорусского народа. Уничтожен 461 населенный пункт, убиты и вывезены в рабство сотни тысяч жителей Гродненщины. Фашисты и их пособники совершали массовое убийство не только местных жителей, но и евреев, депортированных из Западной Европы, якобы обещая им новую жизнь на новой территории.
Факты, от которых сжимается сердце
– Геноцид белорусского народа в годы Великой Отечественной войны – одно из самых масштабных и системно организованных уничтожений мирного населения на европейском театре военных действий, – подчеркивает Андрей Гецевич, кандидат исторических наук, доцент, заместитель декана факультета истории, коммуникации и туризма ГрГУ имени Янки Купалы. – Это не случайные жертвы войны, а результат целенаправленной политики нацистской Германии: массовые расстрелы, карательные операции, создание гетто и концлагерей были призваны не просто подавить сопротивление, но физически уничтожить значительную часть белорусского населения.
Деревня Великая Воля Поречского сельсовета Дятловского района оживает лишь в теплое время года, когда в родительские гнезда по весне, словно птицы, возвращаются немногочисленные наследники, а также приезжают новые владельцы домов – дачники. До войны здесь жили 430 человек, было 104 двора. День 16 декабря 1942 года стал последним для 364 мирных жителей, чуть позже – и для самой деревни. А днем раньше фашистские нелюди расстреляли 367 человек и сожгли 48 дворов деревни Городки этого же района.
Утро 7 июля 1943 года стало последним в жизни 366 сельчан из деревни Шауличи. Все они, в том числе 120 детей, были расстреляны карателями, а их дома разграблены и сожжены. Так оккупанты отомстили за смерть расстрелянного партизанами немецкого военврача. Деревня разделила судьбу Хатыни, после войны не восстала из пепла.
О трагедии деревни Зиняки Щучинского района, которую 22 января 1944 года фашисты уничтожили вместе с ее жителями, отомстив сельчанам за связь с партизанами, болит душа каждого жителя Щучинского района. В огненном пламени погибли 419 зиняковцев и 65 жителей других деревень…
Кровавый след нацизма остался в каждом уголке Гродненщины. Каждый из 17 районов области пострадал от рук немецких оккупантов. Наш народ прошел через страшные испытания, но выстоял, сохранил язык, культуру и землю. В этом главный урок – даже перед лицом абсолютного зла человек способен остаться человеком.
Голоса выживших. «Потом для меня наступила ночь…»
Свидетельства тех, кто прошел через ад, – самое страшное доказательство геноцида. Эти слова не требуют комментариев. Они – приговор нацистам.
Иван Павочка, чудом выживший во время уничтожения деревни Великая Воля Дятловского района:
«Я лежал на краю впадины, под левой рукой ближе к сердцу держал семилетнего сына Михаську. Справа, лицом к земле, лежала моя жена Степанида, к ней прижалась трехлетняя Нина. Прежде чем услышать выстрелы, я почувствовал, что мне обожгло пальцы на левой руке. Вокруг стонали люди. Вдруг слышу: «Ой, папа, мне в головке болит»… Едва успел утешить своего раненого сына, как новая очередь и новые крики… Хотел повернуться, чтобы взглянуть на сыночка, но тело не слушалось. Тогда я позвал его, он молчал… Левый бок заливало липкое тепло: это была кровь Михаськи. После третей очереди пуля попала мне в поясницу, и я смог повернуться на бок. Я увидел, как бьется о землю жена, а рядом с ней с окровавленным личиком лежит наша малышка. Подался к ним, но новая жуткая боль в правой ноге сдержала меня… Какое-то время я еще слышал стоны людей, слышал выстрелы – это каратели добивали тех, кто в смертной агонии вставал на ноги. Потом для меня наступила ночь, словно провалился в темную бездну… Пришел в себя от того, что стало очень жарко. Не хватало воздуха, задыхался. Сразу не мог понять, что со мной случилось. Потом стали всплывать жуткие картинки расправы. Пошевелился, попробовал приподняться. За воротник посыпалась земля, в лицо ударила струя воздуха. Собрался силами, приподнялся и раздвинул над собой землю…»
Ядвига Городко из деревни Городки Дятловского района, которая выжила во время массового расстрела, но всю жизнь носила в груди пулю, убившую ее маленького сыночка:
«В деревню на машинах, с пулеметами, автоматами и собаками налетели каратели. Солтысу Юзефу Лагутику приказали собрать всех жителей на краю деревни, на выгоне, с паспортами и списками для проверки документов… Нам приказали выстроиться и взять на руки детей. Главный по званию сказал солтысу: «Ты был хорошим и немцам, и партизанам, получай плату» и … застрелил его. После чего автоматный и пулеметный огонь обрушился на нас. Люди кричали, плакали, проклинали фашистов… Через несколько минут все оборвалось, стихло, только слышались стоны умирающих. Я лежала ничком, приваленная трупами и была еще при памяти, когда немец схватил меня за воротник, перевернул и прямо на мне убил моего сыночка. Пуля, которая его пронзила и прошла навылет, застряла в моей груди.
Потом я услышала женский голос: «Люди, кто живой, вылазьте». С трудом поднялась, выползли несколько деток – Леля Городко и Геня Еремейчик и мы, несмотря на зимнюю стужу, подались куда глаза глядят. Сперва остановились и передохнули на одном хуторе, потом добрались в деревню Саловичи. Остались живы. Через три дня фашисты пригнали в Городки людей из ближайших деревень, те вырыли огромную яму и похоронили убитых, в том числе моих троих детей и мужа…»
Нина Кулина из деревни Окуниново Слонимского района, у которой в теле семь отверстий от фашистских пуль:
«Нас пригнали в Окуниново. Там уже стояли пулеметы, было много вооруженных людей и все жители села. Согнанных «сортировали»: кого расстреливать – отправляли в сторону болота, кого нет – на дорогу. Моего отца вывели и начали бить прикладами по голове. Мы бросились к нему, но нас отшвырнули в сторону. Уже неживого приставили к забору и смеялись: «Смотрите: партизан, бандит!» А нас отправили на дорожку, ведущую в болото, и начали строчить из пулеметов. Я старалась цепляться за мамину юбку, куда-то бежала. Пули прошлись по лицу, плечам, груди. Дальше ничего не помню»
Шифра Марголина, жительница г.п. Ивье, чей дневник стал настоящим обвинительным документом против фашизма:
«Многие евреи уже понимали, что идут на верную погибель, и махали платочками, прощаясь с родными и соседями… Всех приговоренных погнали к Стоневичским ямам, по дороге убивая тех, кто сопротивлялся или пытался бежать. А там группы по двадцать человек вынуждали раздеваться догола, складывать одежду стопками, связывать ее и идти к яме… Нагие тела пронзали пулеметные и автоматные очереди. Детей, экономя патроны, бросали в яму живыми. Они лежали на окровавленных мертвых телах, кричали, плакали, а на них сверху падали убитые люди…»
Правосудие: долгий путь к истине
Сегодня белорусские прокуроры продолжают работу по признанию геноцида фактом, не подлежащим оспариванию. В 2021 году Генеральная прокуратура Беларуси возбудила уголовное дело по факту геноцида населения Беларуси во время Великой Отечественной войны – впервые в постсоветской истории. Члены следственной группы по Гродненской области провели и ведут огромную работу.
– Мы фиксируем свидетельства, проводим полевые поисковые работы, устанавливаем имена погибших не ради мести, – рассказывает Наталья Змитревич. – Это восстановление справедливости: каждый, кто участвовал в убийствах, должен быть назван преступником, даже если его уже нет в живых. В рамках расследования уголовного дела проводится большая работа по освещению полученных результатов, которые демонстрируют зверства нацистов для того, чтобы предостеречь новые поколения от фатальных ошибок прошлого.
В 2024 году кореличская земля содрогнулась от ужаса поднятых фактов – члены следственной группы собрали доказательства о преступной деятельности пособника фашистов Семёна Серафимовича – изверга, который убивал, расстреливал, сжигал и лично издевался над земляками. Материалы были переданы в Генеральную прокуратуру Республики Беларусь, затем – в Верховный суд. В отношении Серафимовича в марте 2025-го вынесен обвинительный приговор. Сейчас идет сбор материалов в отношении его помощника Голецкого.Проводимая работа прокуратуры еще раз подчеркивает, что у этих преступлений нет сроков давности.
Гродненская правда
Фото: «ГП» и из архива «ГП»
