Здравоохранение Гродненщины запустило новый проект «Медики-патриоты Гродненской области».
Об основных достижениях в медицине сегодня принято говорить в контексте инноваций и новых технологий. Но путь к этим вершинам всегда основан на прошлом опыте и самоотверженности людей, которых с полным правом можно назвать медиками-патриотами. К 80-летию здравоохранения Гродненщины в проекте «Медики-патриоты Гродненской области» на сайте grodnouzo.gov.by рассказывают о тех, кто внес большой вклад в его развитие, кто служит ярким примером преданности профессии и тех перемен, которые происходили в медицинской отрасли и поднимали ее на новый уровень.
В первый рабочий день наступившего года в Гродненской университетской клинике торжественно поздравили с семидесятилетием Михаила Васильевича Логоша. Главное пожелание уважаемому человеку – здоровья, чтобы мог оставаться в коллективе и использовать свой многолетний опыт во благо здоровья людей.
Сегодня табличка с надписью «врач-офтальмолог Логош М.В.» в университетской клинике на двери одного из консультативных кабинетов поликлиники. Но это перемещение в главной больнице области произошло только год назад. Остальное время из врачебной биографии известного и почитаемого специалиста приходится на стационарное отделение, в котором людям возвращают радость видеть мир. 26 лет он заведовал отделением микрохирургии глаза, был главным внештатным офтальмологом области, и все годы почти ежедневно входил в операционную и брал на себя самые трудные случаи, слыл, без преувеличения, новатором в хирургической офтальмологии, достойно продолжая традиции гродненской школы врачевания глаз.
— Мне все березки, все сосенки знакомы здесь с «дубчика», — так образно и с огромной теплотой говорит мне Михаил Васильевич об областной клинике. И признается: здесь прошел и хорошую врачебную школу, здесь прочувствовал всю значимость своей профессии и смог, что называется, полностью реализовать свои стремления быть полезным обществу и людям.
Первая запись в его трудовой книжке сделана во второй гродненской поликлинике, где после окончания Гродненского медицинского института как цеховой врач-офтальмолог отвечал за здоровое зрение работников обувной фабрики. Однако очень быстро был замечен и приглашен в главную больницу области самим светилом гродненской офтальмологии – профессором Владимиром Парамеем.
— В семидесятые годы в Беларуси были три ведущие и известные в Союзе офтальмологическое школы, — вспоминает Михаил Васильевич. – В столице одну из них возглавляла заведующая кафедрой Минского мединститута, Герой Социалистического Труда, академик Татьяна Бирич, вторую заведующая кафедрой института усовершенствования врачей Мария Золоторева. Не уступала им гродненская школа, которую создал Владимир Трофимович Парамей. Это был врач от Бога, человек особого склада, фронтовик. Его профессионализм ценили в Союзе. Когда во главе с Владимиром Трофимовичем гродненцы, в числе которых посчастливилось быть и мне, приезжали в ведущие офтальмологические клиники в Одессе, Уфе. Ленинграде, в Москве, в том числе и в известную клинику Федорова, им, как говориться, все двери были открыты.
В мединституте, как признается Михаил Васильевич, и привили ему настоящую любовь к офтальмологии. А потом научили, передали опыт на практике.
В операционной тогда офтальмологи делали все, что делается и сейчас. Только это больше была ручная работа. Результативная, но и большими врачебными затратами и непростым периодом для пациента.
— Как и теперь, больше половины составляла хирургия катаракты. Сейчас это хирургия одного дня, самой действо в операционной происходит за считанные минуты, мировой рекорд по скорости проведения операции составляет минуту 37 секунд. А в начале восьмидесятых годов в стационаре пациенту приходилось быть в среднем 18 дней. Три дня до операции, потом двое суток в постели с повязкой на оба глаза и еще неделю на одному глазу. Первые искусственных хрусталики в Москве стали имплантировать с 1978 года, а к нам такая бесшовная хирургия пришла позже, — рассказывает Михаил Васильевич.
И уточняет, что офтальмология – одна из самых передовых по техническому оснащению и быстро развивающихся отраслей медицины. Он застал то время, когда у офтальмологов не было даже простейшего операционного микроскопа, все даже самые сложные операции проводись с использованием бинокулярной лупы. Такую своеобразную корону с глазком на голове хирурга можно увидеть на фото из семидесятых годов прошлого века. Сегодня на вооружении офтальмологов современные микроскопы с цветными фильтрами и многократное увеличением. Но справедливости ради ветеран офтальмологии подчеркивает: самая современная техника требует не меньше врачебного мастерства. И тем, кто в ней работает, приходится идти в ногу со временем.
— Для того, чтобы наши учителя доверили молодым сложные случаи, нужно было у них научиться и убедить, что ты можешь это делать, — говорит собеседник. — Но что хорошо помню, так это то, что нас всеми силами старались научить, не было сокрытия знаний. Где-то примерно года три прошло, пока я освоил все операции в полном объеме. Науку же постигал не только в Гродно, а и в других клиниках страны. В том числе в известной на всю страну одесской клинике Филатова.
Именно в Одессе в тридцатые годы выполнили первую операцию по пересадке роговицы, на медицинском языке это называется керотопластикой. Молодому офтальмологу пришлось использовать такую методику еще до стажировки у одесских светил, использую на практике теорию.
До сих пор в памяти: с гродненского химического предприятия доставили двадцатипятилетнего парня с ожогом роговицы. Глаз вскрылся и это грозило пациенту неминуемой полной слепотой. Банка органов в нынешнем понимании в то время и в помине не было, хирургам приходилось заготовку материала вести самостоятельно.
— Эмоции от той операции в памяти до сих пор, — признается Михаил Васильевич. — И не только пациента, который после снятия повязки понял, что видит, а и мои — такое было волнение и такой результат!
Впрочем, не эмоционально воспринимать свою работу он так и не научился. Потому, как считает, что равнодушие и самоуверенность с врачебной профессией попросту несовместимы.
Кстати, тот случай с ожогом роговицы подтолкнул молодого офтальмолога серьезно заняться проблемой ожога глаз на производстве. Сегодня такое практически не встречается, а тогда случалось нередко: нефтехимия в областном центре набирала обороты, а техника безопасности отставала. Вместе с учеными тогдашнего института биохимии офтальмологи областной больницы разработали специальный антидот – «антиамиак». С учетом производственного травматизма также придумали и внедрили способ лечения ожогов глаз известью под давлением.
Авторитетом в гродненской офтальмологии Михаил Логош стал еще в прошлом веке. Рассказы об этом мне доводилось слышать не единожды. Одна моя хорошая знакомая, которая была пациенткой этого доктора в девяностые годы, при каждом удобном случае просит передать ему слова благодарности. Тогда юная студентка стала катастрофически быстро терять зрение. Когда близорукость дошла до минус шести, врачи назвали единственное спасение — операцию. И назвали две фамилии гродненских авторитетов, которые такую патологию виртуозно исправляют — Логош и Попов.
— Лазерной коррекции зрения, которая в ходу нынче, тогда у нас не было. Чтобы остановить близорукость и укрепить склеру внедрили два вида операций с использованием хрящевой ткани самого пациента, которую брали из уха. Ее могли использовать по-разному: натирать на терке, разводить и вводить Тат или же подшивать за глазное яблоко. Во втором случае после укрепления таким образом склеры, чтобы устранить близорукость, выполняли насечки. Сейчас таких насечек не делают, а истончают роговицу лазером. Это была сложная операция, в два этапа, но результат давала хороший, — рассказывает Михаил Васильевич.
Он был и первым гродненским офтальмологом, который освоил лазер и оперировал с его помощью. Появилась такая техника в областной больнице в восьмидесятые годы. За опытом же гродненский доктор ездил в Одессу, в институт Филатова. Даже коллеги, не говоря уже о пациентах, к нововведению относились настороженно.
— Лазерная техника была отечественная и довольно неплохая, мощная. Но в сравнении с современной это как «Жигули» и «Мерседес». Правда, лазером сегодня в офтальмологии никого не удивишь. В нашем отделении микрохирургии глаза благодаря облисполкому недавно появилась самая современная микрохирургическая комбинированная витреоретинальная система — топовая версия офтальмологической техники, задающая темп в витреоретинальной хирургии во всем мире.
Витреоретинальная хирургия связана с лечением патологических процессов глубинных и деликатных структур человеческого глаза — стекловидного тела и сетчатки. Это один из наиболее сложных разделов микрохирургии глаза. Однако именно современная витреоретинальная хирургия сегодня способна исправить патологические состояния, ранее считавшиеся совершенно безнадежными. Современное оборудование объединяет в себе множество функций, за одну операцию можно решить две-три проблемы на разных участках.
С особой гордостью говорит мой собеседник о том, что это самое современное направление в офтальмологии успешно освоил его сын.
О Сергее, которому без тени сомнения передал заведование отделением микрохирургии глаза университетской клиники, Михаил Васильевич во время нашего общения упоминал не единожды. В первую очередь как о достойном продолжателе его дела. Смелый, быстрый, рукастый — это эпитеты Логош старший использует, сравнивая себя с продолжателям своего дела, и это сравнение в пользу последнего.
— Мы с женой оба врачи, но, признаться, детей в профессию не заманивали. Когда сын и дочь сами выбрали медуниверситет, не возражали. Но я больше видел в Сергее семейного врача, а не хирурга, которому нужны решительность и твердость. По характеру казался мне уж больно мягким. Когда тот заинтересовался офтальмологией, опять же посчитал, что этот его выбор. Учил всему, что знал, и рад, что сын меня превзошел.
Возражаю: с точки зрения времени, которое выпало на долю двух представителей одной офтальмологической династии, склонятся в чью-либо сторону навряд ли уместно. Михаил Васильевич сказал свое слово в офтальмологии. И даже в последний год, когда работает в поликлинике. Он, можно сказать, непревзойденный диагност: поставить правильный диагноз, рассмотреть патологию и выдать вердикт на лечение, для чего сегодня использует свой огромный многолетний опыт Логош-старший, не менее важно современного лечения.
Одно только то, что он полвека ни разу не изменил офтальмологии, дорогого стоит! Хотя честно признался мне, что еще в доперестроечные времена уже именитый тогда офтальмолог Логош получал предложения руководящих должностей. Самое заманчивое — главным врачом строящейся крупнейшей в области здравницы.
— Честно сказать, были размышления и сомнения. Взяло верх желание оперировать, бороться за здоровье руками. Решающим же стал разговор с главным врачом областной больницы Валентином Рожко, который категорично сказал, что видит во мне прежде всего хирурга! Валентин Александрович был для меня примером руководителя. За время моей работы в коллективе больницы шестой главный врач, однако именно об этом мудрейшем человеке вспоминаю с особой теплотой. Кстати, по стилю работы с коллективом, особому уважительному отношению к людям сродни ему нынешний главврач Сергей Николаевич Лазаревич. Мы с его отцом земляки- новогрудчане и однокурсники и никогда связи не теряли.
О своей малой родине мой собеседник рассказывает так вдохновенно, что невольно представляешь и голубое зеркало прозрачной Свитязи, окруженное сочной зеленью леса с дубами-исполинами. Отец Михаила Васильевича в этих заповедных местах долгое время работал лесничим. Никаких вольностей по отношению к природе никому не позволял. А вот тех, кто желал насладиться ее красотой, гостеприимно привечал.
И у сына была возможность видеть и даже общаться со многими известными людьми. До сих пор в памяти из студенческих лет: ночь, костер и мужчина средних лет , который вдохновенно читает свои стихи. Кто это? Гость из Москвы поэт Андрей Вознесенский. Позже в одном из его поэтических сборников белорусского издания появится стихотворение «Озеро Свитязь». И хотя критики приписываю это посвящение одноименному озеру на Украине, Михаил Васильевич твердо убежден — поэтичной строкой воспета его малая родина.
От отца в наследство ему передалось не только умение тонко чувствовать природу, а и страсть к чтению. Большая библиотека из книг довоенного издания была в доме лесничего Логоша: большинство книг получил в подарок от местного жителя, что-то приобрел. Этот книгосбор и пробудил интерес сына к чтению.
— Бывало, заберусь на печку и при свете керосинки перелистываю страницу за страницей. И это ни с чем несравнимое ощущение прикосновения к бумаге, книжный запах! Позже отец мне передал библиотеку в наследство. И она для меня как связь с родителями, с малой родиной. Каждая книга, помеченная штампом с изображением совы и словами «личная библиотека лесничего Логоша» мне дорога. Все, что получил, сохранил. Хотя не скрою, были предложения продать библиотеку и целиком, и поштучно, — признается Михаил Васильевич. И додает, что все перечитал по несколько раз. Вообще чтение он называет своим «вторым хобби» после офтальмологии.
А есть еще и третье — музыка. Играть на аккордеоне научился на слух от отца и дяди. Навыки оттачивал в музыкальной школе. В школьные годы вместе с двоюродным братом Владимиром Бубеном ( в будущем известным аккордеонистом, основателем ансамбля «Фестиваль», профессором музыки в педуниверситете имени М.Танка) они создали вокально-инструментальный ансамбль и выступали на многих мероприятиях. В медицинском институте, который отличался особыми требованиями к успеваемости студентов, он тем не менее музыку не оставил — также играл в ансамбле на ионике.
— У меня и сегодня дома два аккордеона и не все время они без дела. Играю под настроение, развлекаю внучек. А когда собирается больше люде, то и гитару беру в руки. Кстати, жена моя Татьяна Григорьевна тоже играет на аккордеоне, хотя по профессии тоже врач, а познакомились мы во время учебы в медицинском институте : я учился на пятом курсе, она на первом. С женой мы вместе идем по жизни почти полвека, — признается Михаил Васильевич.
Мысленно возвращаясь в молодые годы, рассказывает, что очень многие будущие врачи создавали семьи во время студенчества и уже парами уезжали по распределению. Кто-то потом вернулся в областной центр, но многие остались в сельской местности и добросовестно работали на здоровье сельчан. Бывшие однокурсники связи не теряют, и когда они на «проводе» , Михаил Васильевич не преминет высказать слова восхищения. Их неустанным трудом. Ведь не важно, в каком месте ты работаешь, какие звания и регалии имеешь. Главное, как в клятве Гиппократа — работать для людей.
— Ваш жизненный девиз?
— Красивые и здоровые глаза каждому!
— Ваши пожелания молодому поколению медиков?
— Выбирайте профессию по зову души. Имейте желание и терпение в освоении практических навыков. Во врачебной практике следуйте заповеди: не навреди!
