(из фондов Кореличского районного краеведческого музея, 1984 год)
Я, Климаш Иван Ярославович, уроженец и довоенный житель дер. Болтичи Еремичского с/с, бывшего Мирского, ныне Кореличского районов. В конце августа 1942 года по зову сердца ушел в партизаны. Немного позже ушел мой старший брат Николай, который после освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков ушел на фронт и не дожил четыре дня до Победы, погиб на подступах к Берлину в бою. Он был минером.
Молодежь хотела бить врага
Когда каратели забрали у нас скот, птицу и имущество, сожгли дом, сарай, тогда родители, брата жена Вера и 2-летняя племянница Аня, сестра Мария ушли в семейный лагерь, т.е. в партизанскую зону недалеко от деревни Антонёво.
Средний брат Володя в 1938 году перешел польско-советскую границу, так как часто преследовался властями буржуазной Польши. За революционно-подпольную деятельность КПЗБ неоднократно арестовывался, подвергался невыносимым пыткам. Наша семья также преследовалась. Жили мы в постоянном страхе. За малейшее (забор не побелен, лен сушится на печке и т.д.) польские паны и дифензива страшно придирались, облагали отца штрафами. Жизнь была невыносимой. Брату и нашей семье запрещали общаться с односельчанами, мы не должны были посещать никаких собраний и т.д. Будучи юношей, я с ребятами пришел посмотреть на танцы. За это вызвали меня в Турец в постарунок, и полиция резинами избила.
Не лучше, а еще хуже стала жизнь во время немецкой оккупации. Постоянный страх, изо дня в день ждешь несчастья, а то и смерти. Когда немцы и полиция появилась в деревне, мы, жители, убегали кто куда. Мой отец из дома вырыл подземный ход. Этим порой мы спасались от палачей.
Почему я раньше не ушел в партизаны? Был тяжело болен, причем в таких условиях. Большое спасибо народному умельцу, медфельдшеру из д. Антонёво Клавсутю, который меня быстро поднял на ноги. Его нет в живых, он давно умер.
Я несколько окреп, сам себе сшил сапоги, взял оружие, ящик патронов и сразу же ушел в лес сражаться с врагом, отомстить за зверства, слезы и кровь ни в чем не повинных людей.
Ненависть к врагу нас и меня заставила идти в партизаны — это во-первых. Во-вторых, любовь и патриотизм к нашей Советской Родине, в-третьих, будучи больным, я сочинил тогда по моему понятию стихотворение «Беларусь». Полностью слов всех не помню, записи не остались, но отдельные строки процитирую.
Беларусь, ты стоишь как у поля осина,
Где ветра и бури навокал гудуть.
К нам доносятся братские словы.
Беларусь! На врага встань супроть.
Беларусь, ты устань и очнися.
Смело вперад на врага иди.
В партизанские шаренги сомкнися.
Стяг свободы народу неси.
Это подлинные смешанные русские и белорусские строки того времени. Так тогда я их сочинил.
Но эти слова мне подсказывали, моему сердцу, идти, вливаться в партизанские ряды и активно, беспощадно вести борьбу за свой белорусский народ и его освобождение от немецко-фашистских захватчиков.
Как я выше говорил, в конце августа 1942 года ночью со мной ушли в партизаны из Болтич: Бутько Иван, Коваль Владимир, Ламан Василий, Ламан Иосиф, Шиманюк Николай, юноша Бирич Николай, Коваль Сергей и другие, а несколько позже ушли в наш отряд: брат мой Климаш Николай, Коваль Степан, Коваль Николай, Гончар Владимир, Бенько Иван, Самец Александр, Клебанский Иван, Бежко Владимир, несовершеннолетний Самец Владимир и другие. Из д. Скоричи: Драб Михаил, Рудько Семён, Анцух Юльян, Хваль Михаил и другие. Шла в партизаны преимущественно молодежь из деревень Погорелка, Лядки, Синявская Слобода, Обрина, Антонёво, Долгиново и других.
Много молодежи ушло, как известно, из дер. Бережное во главе с Кремко Евгением Игнатьевичем, а также из деревень Перетоки, Слободка Столбцовского района во главе с нашим командиром Саятевичем Андреем Степановичем, из дер. Залужье Жигало Николай и т.д.
Лично по моему сообщению (ночью с партизаном Ламаном Иосифом прибыли в дер. Великая Слобода) сказать о том, что немцы хотят увезти молодежь в Германию. Я отыскал беженку, как в деревне называли Анну Мицкевич, ныне она на моей фамилии, так как является моей женой.
Она была няней за кусок хлеба. Она убежала из г. Минска во время оккупации. Ее отца и мать, сестренку Соню немецкие изверги расстреляли. По нашему сообщению она ушла в партизаны, с ней ушла Ирина Бесчасная и др., часть молодежи скрылись и убежали кто куда, т.е. в партизанскую зону, где спокойнее и безопаснее.
Вот эта молодежь и составила ядро нашего партизанского отряда «Комсомольский», который окончательно сформировался в сентябре 1942 года. Командиром этого отряда мы единодушно избрали старшего по возрасту товарища Андрея Степановича Саятевича. Комиссаром отряда избрали Чубрика Бориса Трофимовича.
В отряде было создано две роты: командиром 1-ой роты избрали Кремко Евгения Игнатьевича, 2-ой роты — Ивана Николаевича Мацко.
В отряде в начале я был рядовым партизаном, затем командиром отделения, затем командиром взвода и незадолго назначен был политруком 1-ой роты «Комсомольского» отряда. Вся моя боевая деятельность прошла рядом и вместе с опытным моим командиром роты и заместителем командира партизанской бригады «Комсомолец» по разведке Кремко Евгением Игнатьевичем. В боях и операциях, отдыхе и на привале, обеде я был всегда рядом с ним. Мы не помним, чтобы боевая операция проходила без нашей роты. Первая рота шла впереди.
Всегда я старался быть надежным помощником своего командира, выполнял его советы и задания. От него я многому научился. Это помогало нам лучше ориентироваться в партизанской жизни, успешно решать боевые задания.
(Продолжение следует)
Фото из фондов Кореличского районного краеведческого музея, Еремичской БШ имени В.А. Колесника, открытых интернет-источников
