Около 275 миллионов подростков и взрослых в мире употребляли наркотики хотя бы один раз, сообщает ВОЗ.
От судьбы не убежишь
Отец Алены (имена героев материала изменены) умер от алкоголизма в 57 лет — отказала печень. Мама тоже была не прочь время от времени приложиться к рюмке. Муж кодировался пять раз — хватало максимум на год. Попав в окружение зависимых от спиртного близких людей, Алена дала себе зарок: меня эта участь не постигнет. И слово свое сдержала. Но от судьбы, как известно, не убежишь: в 36 лет женщина подсела на наркотики.
— Был период в жизни, когда казалось — пропади все пропадом, хоть с крыши многоэтажки вниз головой, — откровенничает Алена. — В семье полный раздрай, ужасные отношения с сыном-подростком, пьянство мужа, ноль поддержки от мамы, еще и на работе проблемы. Почему не обратилась к психологу? Испугалась, что об этом станет известно: городок у нас небольшой, все друг друга знают. Начались бы лишние пересуды, а у меня и так трудовой контракт подходил к концу. В общем, жаловалась я на жизнь только своей коллеге — очень состоятельной даме. Она мне как-то и предложила «поднять настроение», протянув обычную с виду таблетку, которую я запила стаканом воды, искренне полагая, что принимаю какой-то антидепрессант. Дальше все по стандартной схеме: эйфория, позитив, ощущение полета во сне и наяву. Я была под таким впечатлением от действия препарата, что через пару дней попросила сотрудницу поделиться названием и рецептом. Она рассмеялась: «Возьми еще пару штук, на упаковку у тебя зарплаты не хватит!» Вот тогда-то я и заподозрила, что она дает мне какой-то опиат или амфетамин — все же не в космосе живу. Но подумала: что страшного со мной сделает пара таблеток? Зависимость ведь долгоиграющий процесс, сумею вовремя остановиться. Наивная. Уже через два месяца я не могла существовать без этой «подпитки»…
Сейчас Алена мужественно борется с последствиями своей фатальной ошибки. Проходит курс реабилитации в наркологическом центре, принимает антиретровирусную терапию от ВИЧ. Когда и от кого успела заразиться — понятия не имеет. Два года систематического употребления опиатов и амфетаминов провела как в дурмане. Порой из-за отсутствия крупной суммы налички расплачивалась с «продавцом смерти» за очередную дозу своим телом. За это время от инсульта скончалась ее мать, муж ушел к другой женщине, с которой благополучно продолжает «квасить» по поводу и без. Сын поступил в вуз в другом городе, заявил, что стыдится Алены и не хочет больше иметь с ней ничего общего.
Тем не менее 38-летняя наркоманка в ремиссии искренне верит (или скорее хочет верить?) в то, что все в ее жизни еще наладится. Было бы здоровье. Но впереди женщине предстоит долгий и явно нелегкий путь, с которого нужно не сбиться, и доказать уже не словами, а делами, что судьба не зря предоставила ей второй шанс.
Страх остаться белой вороной
Антону 44 года, в ремиссии — семь лет. До этого еще пять были выкинуты из жизни: успешный бизнесмен среднего класса стал наркоманом.
— Как? Почему? По дурости. Грех было жаловаться на судьбу: процветающее дело, любимая жена, две дочери, младшей из которых едва исполнился годик, свой дом. Чего мне, спрашивается, не хватало? — сокрушается Антон. — Видимо, драйва. В какой-то момент все показалось пресным, обыденным. А я как раз по бизнесу завязался с компанией представительных ребят с большими деньгами. И понеслось: корпоративы, казино, ночные клубы, сауны, девочки…
Хорошо помню день, когда мне первый раз предложили «словить кайф». Понимал, что происходит, отдавал себе отчет в том, что не нужно этого делать, но… Все приняли дозу, и я постеснялся отказаться. Это как в школе на переменке, когда старшие товарищи предлагают курнуть за крыльцом, и ты делаешь затяжку не потому, что тебе хочется, а потому, что просыпается стадный инстинкт. И еще страх, что в противном случае станешь белой вороной, отщепенцем.
После приема первой в своей жизни дозы наркотического вещества Антон довольно быстро пришел в себя и после этого целый месяц даже не вспоминал об опасном приключении. Что и сыграло с ним злую шутку: подумал, раз он по счастливой случайности не впал в зависимость, значит, можно не бояться время от времени «не отрываться от коллектива». Но промежуток между вторым и третьим разом сократил уже наполовину, а затем стал «баловаться» каждую неделю: барбитураты, кетамин, экстази, крэк… Постепенно дошло и до внутривенных инъекций. А потом случилось то, что случилось: Антон проиграл в казино свой бизнес, квартиру, автомобиль.
— Не хочу вспоминать тот период. Рухнувшие мечты, растоптанная гордость, унижения и страшные последствия ломки… Из этой бездны меня вытащила жена. Она не бросила обанкротившегося наркомана, оставившего ее и наших детей без крыши над головой и средств к существованию. Только пригрозила: или ты начинаешь лечение, или мы с дочками начинаем новую жизнь без тебя. И я — тише воды и ниже травы — добровольно лег в реабилитационный центр.
К счастью, за эти годы у меня не было ни одного срыва. Но начинать жизнь с нуля на новом месте, в скромном домике в райцентре все же пришлось — слава богу, вместе с родными и самыми близкими людьми. Несмотря на все, могу считать себя везунчиком: легко отделался. Шестеро из десяти наркоманов в ремиссии, вместе с которыми я начинал программу реабилитации «12 шагов», так и не сумели преодолеть тягу к дозе. Двоих из этих ребят уже нет в живых — передозировка…
Около 275 миллионов подростков и взрослых в мире употребляли наркотики хотя бы один раз. По данным Всемирной организации здравоохранения, из-за последствий наркомании ежегодно умирают приблизительно 450 тысяч человек.
